Новости недвижимости, публикации, прогнозы и мнения

11 апреля прокуратура Московской области заявила, что передала в суд уголовное дело в отношении группы "черных риэлторов". Так прокурорские работники назвали двух москвичей – Павла Комарова и Сергея Павлова, а также жителя Наро-Фоминского района Подмосковья Владимира Корзинкина. Следователи обвиняют их в убийстве 35-летнего москвича Л., которому принадлежал двухэтажный дом в деревне Софьино все того же Наро-Фоминского района Московской области. Л. пропал без вести в декабре 2005 года. По версии следствия, с лета 2005 года обвиняемые спаивали Л., убеждая его подписать генеральную доверенность на распоряжение домом. Им это удалось, а 8 сентября дом был уже продан. Спустя неделю после получения свидетельства о собственности, утверждают в прокуратуре, Л. задушили, а труп закопали в том же Наро-Фоминском районе Подмосковья, только не у деревни Софьино, а у деревни Жедочи. А чтобы убитого не хватились, один из членов группы якобы прибыл в Сочи, остановившись под фамилией Л. в одной из гостиниц и оставив в номере снятые с трупа вещи.

Почти одновременно с "делом Л." всплыло так называемое дело братьев Хаббасовых. Трое из четверых братьев, приговоренные в марте к пожизненному заключению, обжаловали приговор областного суда в суд Верховный. Братьев Хаббасовых, действовавших в Оренбуржской области, по праву называют "черными риэлторами". За решеткой они оказались из-за двух квартир, ради которых им пришлось убить девятерых человек. Схема и здесь осталась практически неизменной. Жертвам предлагалось продать квартиру и, получив доплату, переехать в сельский домик, а также расплатиться со всеми долгами. На первой квартире (вернее, доме на две семьи) Хаббасовы заработали 480 тысяч рублей, в два захода убив четырех человек по дороге к "сельскому домику". Вторую квартиру, неблагополучную коммуналку, где проживало шестеро человек, братья продать не успели. Зато они успели убить пятерых ее обитателей, включая бабушку, ее сына и внучат. Убийства вновь произошли по дороге в село. Убедить их поехать помогли 5 тысяч рублей на мелкие расходы и обещание оплатить коммунальные долги, которые к тому моменту достигали 30 тысяч рублей. Единственной оставшейся в живых оказалась двухмесячная девочка Вика – ее оставили на крыльце одного из деревенских домов.

Более гуманно поставили дело двое новоуренгойских оперативников, которых в начале апреля суд приоворил соответственно к шести годам и трем месяцам и пяти годам и девяти месяцам лишения свободы. Они получали от малообеспеченных граждан (выбирались пьющие, с коммунальными и квартирными долгами) доверенность на распоряжение квартирой. Самих граждан просто заселяли в ветхое жилье в глубинке, а их квартиры продавали. Цены на новоуренгойские квартиры – не московские, но и на такой нехитрой схеме оперативникам с 2002 года удалось заработать, по данным следствия, около 4 миллионов рублей.

"Черными риэлторами" или, реже, "черными маклерами" называют людей, обманом получающих право распоряжения квартирами граждан. В группу риска обычно входят незащищенные социальные группы россиян: пенсионеры, малоимущие семьи, безработные, алкоголики, просто граждане, которым срочно нужны деньги. Единой схемы отбора квартиры нет, но есть несколько стандартных. Во-первых, это договор ренты, или как его еще называют, пожизненного содержания с иждивением. Подписывающим такой договор (особенно старикам) стоит четко понимать, что другая сторона приложит все силы к тому, чтобы сэкономить на своих обязательствах. "Черные риэлторы" в таком случае могут просто сократить срок пожизненного содержания вместе с жизнью. Другой вариант – "квартира или дом с доплатой". Именно его безошибочно использовали братья Хаббасовы и новоуренгойские защитники правопорядка. В обмен на квартиру могут предлагаться и оплата коммунальных долгов, и огромные, по мнению гражданина, деньги, и "домик в деревне", который на деле оказывает вовсе не таким хорошим, как расхваливали. "Квартира с доплатой" – одна из самых живучих схем на российском рынке. Ее использовали, в том числе и вполне легально, еще в начале девяностых годов. Третий вариант – введение в заблуждение. Вероятно, именно по этому сценарию развивалось дело Л., с которого и начинается этот текст. Это модификация второго варианта с тем исключением, что подписывается не договор купли-продажи, а генеральная доверенность на распоряжение квартирой. Обычно этот документ "черным риэлторам" достается бесплатно. Его подписанию часто предшествуют длительный запой, угрозы, простая подмена одного договора другим. Часто сделку сопровождают "свои" нотариусы. Перечисленными тремя вариантами дело не ограничивается. Например, завладеть квартирой можно не только без денег, но даже и без жильца. Такой случай произошел осенью 2006 года. Тогда сотрудники правоохранительных органов задержали не "черного", а вполне обычного риэлтора. Он пытался продать молодой семье по низкой цене квартиру от имени владелицы, отошедшей в лучший мир четыре года назад. Для успеха сделки понадобилось всего ничего – помощь паспортистки и фотография неизвестной женщины, вклеенной в бланк "нового" паспорта. При помощи этого документа риэлтор получил доверенность с правом распоряжения квартирой и решил продать жилье. Что придумают завтра "черные риэлторы", неизвестно. Но фантазия у них богатая, а жизнь всегда разнообразнее всяких схем.